Титаны с обожжёнными ладонями

• наши люди
• Чернобыль
• Чернобыльская атомная электростанция
• катастрофа
• ветераны
• ЧАЭС
• история

По пути вдоль аллеи – лица тех, кто ценой своего будущего спасал страну. На Страстном бульваре столицы открылась фотовыставка «Подвиг ликвидаторов Чернобыльской трагедии». 40 лет назад, когда мир содрогнулся от взрыва на АЭС, эти люди, рискуя собой, обеспечивали порядок в зоне отчуждения, эвакуировали население и работали в самых опасных условиях. ГУ МВД России по г. Москве знакомит с архивными снимками героев, которых объединяет служба в органах внутренних дел столицы в разные годы. О некоторых историях мужества наш материал.

Юрий Томашев

Зона отчуждения: город – призрак Припять, деревни и посёлки в окружности атомной электростанции. Брошенные животные, пустые улицы, граждане, не понимающие смертельной опасности и отказывающиеся уезжать, полная неразбериха. Юрий Томашев прибыл туда одним из первых в качестве заместителя руководителя штаба МВД СССР. Опыта работы в условиях радиоактивного заражения у милиции тогда не имелось.

«Панорама, открывшаяся нам, напомнила фильм ужасов, – вспоминал генерал–майор внутренней службы Юрий Томашев. – В первые дни после катастрофы дозиметрический контроль полностью отсутствовал. В арсенале у сотрудников МВД, которым предстояло обследовать повреждённый реактор и прилегающую к нему территорию, были только респираторы «Лепесток».

Тем не менее представители органов внутренних дел справились с непростой задачей по эвакуации населения и охране общественного порядка, отмечал Юрий Алексеевич. За умелые и храбрые действия по ликвидации последствий аварии он удостоился ордена Мужества.

Вышел в отставку в 1996–м с должности первого заместителя начальника столичного ГУВД. Последние годы ветеран возглавлял благотворительный фонд, помогая десяткам тысяч людей, включая чернобыльцев. Юрий Томашев ушёл из жизни в 2024–м, оставшись в памяти человеком, который не прятался за чужие спины и точно знал, чего стоит настоящий подвиг.

Алексей Клочков

31–летний офицер инженерных войск находился на курсах политработников в Киеве. 27 апреля в три часа ночи всех подняли по тревоге, а через полчаса уже везли в Припять. Сначала думали – учения. Но когда увидели вереницы автобусов и грузовиков на подъезде к городу, поняли, что нет. В штабе Клочкову сообщили: реактор разорвало, выброс чудовищный, население надо вывозить немедленно.

Затем последовала эвакуация Чернобыля и других населённых пунктов, попавших в 30–километровое кольцо от АЭС. Во время второй командировки – строительство саркофага. Алексей Клочков стал заместителем командира полка, который возводил купол над разрушенным реактором. Сначала строили огромную разделительную стенку между четвёртым и третьим энергоблоками. Бетон заливали в свинцовые короба, бойцы работали посменно считаные минуты – дольше нельзя.

Последний трёхмесячный выезд в Чернобыль состоялся в 1987 году. Вместе со своими бойцами Клочков проводил дезактивацию крыши третьего энергоблока. Отдав Вооружённым силам 20 лет жизни, Алексей Алексеевич ещё десяток служил в органах внутренних дел столицы. Новое дело было связано с противопожарной службой и гражданской обороной. Полковник внутренней службы в отставке в течение 10 лет возглавлял столичную организацию ассоциации «МВД – Щит Чернобыля».ФОТО: из личных архивов героев публикаций / Константин Соколов, Юрий Томашев, Владимир Бунь 

Владимир Бунь

Известие о катастрофе застало офицера военно–строительных частей в отпуске. Он гостил у родителей и заглянул к школьному другу. «А ты слышал, что произошло в Чернобыле? Там вроде атомная станция взорвалась», – сказал тот. Полетели вести от сослуживцев, оказавшихся в зоне отчуждения. Владимир Бунь написал не один рапорт, чтобы отправили и его.

– Это дело принципа – помогать товарищам, – объясняет полковник милиции в отставке Владимир Бунь свой поступок.

Чтобы остановить выброс радиации, который уже отравил огромные территории, дотянувшись до соседних стран, следовало как можно быстрее возвести защитный купол над четвёртым блоком станции. Это был единственный способ не дать уничтожить будущее миллионов людей.

В ноябре, когда саркофаг изолировал разрушенный реактор, ликвидаторы расписались на его стенах – как их отцы на рейхстаге в 1945–м. Та же победная точка, только вместо пуль – невидимая смерть. После увольнения из армии Владимир Иванович продолжил службу в столичном милицейском главке. Он до сих пор встречается с молодыми полицейскими и школьниками. Не ради славы – просто, чтобы помнили.ФОТО: из личных архивов героев публикаций / Офицеры за работой

Михаил Хохлин

В сентябре 1986 года он служил замполитом в ЛОВД в порту Южном г. Москвы. Как–то начальник отдела сказал старшему лейтенанту: «Срочно собирай команду, нужно вылетать в спецкомандировку». Михаил Хохлов подошёл к каждому коллеге лично. Написали рапорты – и через день самолёт на Киев. Так он возглавил группу из 10 милиционеров–речников.

Их поставили на КПП в чернобыльском порту. Сюда баржами доставляли материалы для строящегося саркофага. Работы было невпроворот: транспортный, паспортный и дозиметрический контроль людей, передвигающихся через пристань. А на дне реки лежали авиаснаряды ещё со времён Великой Отечественной. Занимались и их обезвреживанием. Однажды, отбуксировав бомбу, подожгли шнур, бросились к катеру, а тот не заводится. До взрыва – 15 метров. Завёлся с третьей попытки, успели отплыть.

ФОТО: из личных архивов героев публикаций / Михаил Хохлин получает заслуженную награду

– Ловили их по ночам – выплывают из темноты с награбленным, а сами светятся на дозиметрах. Радовались бы, что живы остались, а они просят: «Отпусти, командир, это же не твоё», – вспоминал ветеран.

После командировки в зону ЧАЭС Михаил Хохлин продолжил службу. Прошёл путь до начальника отдела кадров Управления милиции на Московском метрополитене ГУВД по г. Москве. В 2004 году в звании подполковника милиции вышел в отставку.

Владимир Максимчук

Спустя почти месяц, когда уже произошла катастрофа, над станцией нависла новая угроза. «23 мая 1986 года в 2 часа 10 минут дежурный по штабу доложил о получении сообщения с Чернобыльской АЭС о пожаре в помещениях 402 и 403. В 2 часа 30 минут с группой офицеров прибыл на станцию. Находился там до 14 часов 30 минут», – писал в отчёте Владимир Максимчук, на тот момент возглавлявший оперативно–тактический отдел ГУПО МВД СССР.

ФОТО: из личных архивов героев публикаций / Владимир Максимчук с коллегами (первый ряд, центр)

Если огонь добрался бы до насосов охлаждения, взрыв мог повториться. В этот ад, где зашкаливали дозиметры, он вошёл с ранением ноги, полученным ранее при обходе, без средств защиты. Сразу понял: люди погибнут от радиации раньше, чем потушат пожар согласно уставу. Тогда нарушил все инструкции и отправил бойцов короткими сменами по пять минут. Рискуя собой, лично вёл разведку. Получил тяжёлые ожоги, но остановил огонь и не допустил второй катастрофы.

Даже после Чернобыля Владимир Михайлович не ушёл в тень. Вся жизнь начальника Управления пожарной охраны ГУВД г. Москвы Максимчука – это схватки с пламенем: гостиница, метро, нефтезаводы. Его не стало 22 мая 1994 года, ровно через восемь лет после получения смертельной дозы облучения. Метод Героя Российской Федерации генерал–майора внутренней службы до сих пор используют при локализации возгораний на АЭС по всему миру.

Константин Соколов

Орден Мужества нашёл героя только через 14 лет после чернобыльской командировки – вручил его лично Владимир Путин в июне 2000–го. Но тогда, 2 мая 1986 года, никто не думал о наградах. Глава МВД СССР вызвал начальников управлений и приказал срочно лететь на Украину. Заехать домой не дали – Соколов только позвонил жене: «Срочная командировка». В тот же день их самолёт приземлился под Киевом.

Из семи человек министерской бригады в живых теперь никого не осталось. Он ушёл последним, в 2022–м. После той командировки здоровье рухнуло, в 1992–м дали вторую группу инвалидности – лучевая болезнь. Но ветеран переживал не за себя: в составе правления «Союз Чернобыль Москвы» помогал семьям ликвидаторов аварии.ФОТО: из личных архивов героев публикаций / На крыше третьего энергоблока в зоне экстремальной ситуации

Светлана Андриенко

21–летняя девчушка окончила медучилище, вся жизнь впереди. И тут вызов к начальнику военно–клинического госпиталя, где начала работу: «Надо отдать долг Родине». Светлана уже знала про взрыв – ленинградская бригада находилась там с конца апреля, пришло время смены. Согласилась сразу. Понимала: надо следить за здоровьем тех, кто тушил реактор.

Их привезли в село близ Чернобыля. Местных жителей уже не было – ликвидаторов селили в пустые дома. Бригада из четырёх человек: врач, два лаборанта, медсестра. Трудились без выходных почти два месяца. Каждый день – на скорой или бронетранспортёре по воинским частям. У солдат брали анализы, чтобы выявить лучевую болезнь на ранней стадии. За сутки – до тысячи человек. К обеду возвращались, обрабатывали пробы. Спать ложились в девять, вставали в четыре.

ФОТО: из личных архивов героев публикаций / Светлана Андриенко (слева) в опасной командировке

Дозиметры имелись, но на них не смотрели – считали не свои дозы, а лейкоциты в чужой крови. Потом закружилась голова, началась тошнота. Но работу не бросишь. Дважды Светлана подъезжала к самому реактору – забирали ликвидатора, которому стало плохо прямо на объекте.

Андриенко вернулась в Северную столицу только в августе, проведя в зоне отчуждения 56 дней. Сегодня она признаётся: многие девчата после Чернобыля так и не смогли родить. У самой были серьёзные проблемы со здоровьем, но Бог дал двух дочерей.

– Если бы снова? – переспрашивает фельдшер– лаборант Клинического госпиталя ФКУЗ «МЧС МВД России по г. Москве» Светлана Вениаминовна и замолкает лишь на секунду. – Если надо спасать людей – поступила бы так же.

Анатолий Синеносов

К апрелю 1986 года он уже был специалистом по защите населения от оружия массового поражения. В научно–исследовательском институте Минобороны рассчитывал зоны поражения от ядерных ударов, определял, где строить убежища. Когда случилась авария, эти знания оказались востребованы – Анатолия Борисовича отправили в зону отчуждения изучать, как работают воинские части, хватает ли техники и людей, выявлять недостатки.

– Из–за того, что с такой катастрофой столкнулись впервые, в начальный период было особенно много грубых ошибок, – говорит Синеносов. – Но на них все и учились.

ФОТО: из личных архивов героев публикаций / Анатолий Синеносов (справа) во время службы в Чернобыле

Позже Синеносов перешёл в органы внутренних дел. Перед отставкой служил в МВД России, был заместителем начальника отдела организационно–мобилизационного управления. Сейчас возглавляет штаб гражданской обороны в лингвистическом университете и учит студентов действовать в чрезвычайных ситуациях. Награждён медалями «За отвагу на пожаре» и «За боевые заслуги».

Вернуться в раздел